Душевный журнал 3 серия

Студент колледжа по имени Цукиока ведет двойную жизнь. Днем он обычный парень, а ночью превращается в сталкера, который преследует девушку по имени Йорико. Он тайно проникает в ее квартиру, читает ее дневник и фотографирует ее спящей. Однажды Йорико застает его за этим занятием. Вместо того чтобы вызвать полицию или закричать, она спокойно предлагает ему чай. Цукиока в шоке, но соглашается. Так начинается их странное сожительство. Йорико не злится и не боится. Она просто принимает его присутствие как данность. Цукиока не понимает, почему она так реагирует. Он ожидал слез, истерики или хотя бы гнева. Но Йорико ведет себя так, будто ничего необычного не произошло. Она готовит ужин, рассказывает о своем дне и даже просит его помочь с уборкой. Цукиока теряется. Его мотивы размываются. Он больше не знает, зачем он сюда приходит. Каждый визит превращается в рутину. Они сидят на кухне, пьют чай и говорят о пустяках. Йорико не задает вопросов о его прошлом. Она не пытается его исправить или перевоспитать. Она просто позволяет ему быть рядом. Это пугает Цукиоку больше, чем любой конфликт.

Постепенно их отношения выходят за рамки простого наблюдения. Цукиока начинает замечать странности в поведении Йорико. Она слишком спокойна. Слишком равнодушна к собственной безопасности. Она не запирает двери. Не проверяет замки. Не удивляется, когда он появляется в ее комнате без стука. Однажды Цукиока находит в ее шкафу старые фотографии. На них она стоит рядом с мужчиной, который выглядит точь-в-точь как он сам. Йорико не дает объяснений. Она просто улыбается и переводит разговор. Цукиока чувствует, что попал в ловушку. Он думал, что контролирует ситуацию, но на самом деле это она управляет им. Йорико не жертва. Она не сломленная девушка, которую нужно спасать. Она активный участник этой игры. Цукиока пытается выяснить правду, но каждый раз упирается в стену. Йорико умело уходит от ответов. Она меняет темы, отвлекает его, использует его же методы против него. Цукиока понимает, что стал частью чего-то большего. Его одержимость перестала быть односторонней. Теперь он не преследователь, а пешка в чужой партии. Исход этой игры неизвестен, но выйти из нее уже невозможно.