Ния Листон приходит в себя в роскошной спальне и не может даже сесть без посторонней помощи. Лёгкие горят, каждый вдох отдаётся болью в рёбрах, а служанки шепчутся за дверью о том, что госпожа не доживёт до весны. Только вот внутри хрупкого тела бьётся сознание воительницы, которая убивала богов голыми руками. Она смотрит на тонкие белые пальцы, сжимает одеяло и понимает простую вещь. Это тело слабое, но дух остался прежним. Ния не собирается умирать в постели от какой-то чахотки. Она заставляет себя встать, делает шаг, падает, снова встаёт. Служанка в ужасе бежит за лекарем, а Ния уже ковыляет к окну, чтобы оценить обстановку. За окном чужой город, чужие лица, чужие правила. Аристократы улыбаются друг другу и точат ножи за спиной. Здесь убивают не мечом, а интригами, подкупом и ядом в бокале вина. Ния это понимает быстро. Она видит, как двоюродный брат измеряет её взглядом, будто уже делит наследство. Как жених смотрит на неё как на товар. Как врачи разводят руками и советуют готовиться к худшему. Ния улыбается им в ответ. Она не станет играть по их правилам. Слабое тело можно натренировать. Боль можно терпеть. А тех, кто желает ей смерти, можно опередить. Она начинает с малого. Учит служанку приносить еду только из своей кухни. Проверяет каждое письмо на яд. Ночью делает упражнения, пока колени не начинают дрожать. Днём улыбается гостям и запоминает каждое слово. Ния не строит далеко идущих планов. Она просто выживает сегодня, чтобы завтра стать сильнее. И где-то глубоко в её памяти ещё живут боги, которых она убила. Они не простят. Но пока они молчат, а она дышит.